Лёгкие деньги

Хотите я научу вас легко зарабатывать деньги? 

️ Пусть не больше, чем сейчас, но легко. Больше, это другая история. Хотя, если следовать этому совету, то можно заработать больше чем получается у вас сейчас. Но при условии что ваш уровень дохода не является потолком на данной работе. Если все что вы зарабатываете является пределом, то менять надо либо работу, либо занимаемое место на этой работе.
Для начала ответьте для себя, что значит для вас заработок. Какой ценой и зачем? Цель вашей работы?
Если ответили можно читать. Большинство ответит не правильно. Вроде правильно, но это не является правильным ответом. Для массы людей заработок это зачастую ненавистный и тяжкий труд для того что бы оплатить счета, купить запланированные покупки, накопить на что-то, прожить до следующей зарплаты. Тяжкий не обязательно — копать от сюда и до заката. Работа может быть тяжёлой и неприятно по разным причинам. Но если работа не нравится, то это другая история. Ваша история что вы тут и ждёте зарплаты/премий/бонусов за свой «тяжкий» труд.
Первый совет — забудьте о том, что работа это ад. Забудьте, что для того, что бы получить вознаграждение вам надо сделать кучу неинтересных вещей. Может даже где то сверх своих мысленных возможностей. Вы в любом случае это делали/делаете/будете делать. Работайте на автопилоте. Организм сам знает что и как. Если вы наёмный работник то че мудрить? Ну, иногда можно и помудрить, если это стоит того. Не не надо избыточно переоценивать себя. Если вы тут, значит либо это ваш предел, либо вам лень что-то менять. Ещё бывает страшно, но все это другие истории. 
То есть, на первом совете мы забыли о пути. Осталась только цель — вознаграждение. Могут возразить. Как же забыть? Ведь надо делать то и то, а иногда что то вообще не стандартное. Да и вообще…
Да забыть. Включить автопилот. Вы справитесь, не зацикливаясь на этом.
Второй совет — не ждать вознаграждения) Именно так. Не ждать. Все что вы получите вы и так знаете. Всё что сверх — приятная неожиданность.
Третий совет — пересмотреть цель. Переосмыслить. Деньги — не цель. Шуба — не цель. Машина — не цель. Погасить кредит, всякие попутные расходы  — это известные задачи. Деньги это средство для преобретения шубы или машины и решения задач. Шуба и машина сами по себе тоже ничего не значат. Это куча шкурок либо металла с пластиком. Зачем нам шуба, машина, квартира? Вот этот ответ и является конечным результатом зачем мы работаем. Шуба/машина являются способом получения удовольствия от жизни. Удовлетворение. Мы хотим получать удовольствие от того, что у нас есть, что мы делаем. А если мы поняли что конечной целью является удовлетворение, то и способ может быть разным. Может и не таким дорогим, как нам изначально казалось. И да. На первом месте удовольствие. Ради этого мы и живём. А кредиты и куча других вопросов это задачи для решения. Их тоже на автопилот. 
Отключите автопилот вашего удовлетворения. Зачастую мы отдыхаем на автопилоте, а работаем осознанно. А надо наоборот. И тогда, поверьте, зарабатывать станет легче. Потому что вам не нужны будут, как таковые, мысли о деньгах и способы получения удовлетворения. Вы будете думать только об удовольствие. А средства и способы сами появятся. Ведь они и до этого появлялись, только мы зацикливались на приобретение, например, нового смартфона, а не на том какое чувство мы будем испытывать обладая им. 
Но если ваше удовольствие в работе, то это другая история

Про двери и не только

Да. Давненько не писал нечего 

️ Сегодня хочу порассуждать не примере дверей в метро) Да. Давно наблюдаю это, но сегодня сформировалась мысль.
На выходе (или входе) в метро есть стеклянные двери. И зачастую, сквозняк толкает их в ту или иную сторону. Так вот. Периодически наблюдаю такую картину. Дверь сквозняком толкает на вас и, вроде понятно, что делать. Но нет же. Масса людей, вопреки здравой физики и законам смысла, толкает её от себя. И так, прям с усилием, вложив в это всю волю к желанию выйти. А потом, либо придерживает её, либо со спокойной совестью отпускает. И встроенная пружина с помощью сквозняка швыряет её на следом идущего. Вроде, и на месте следом идущего все ясно. Но нет же. Некоторые индивиды стоически принимают удар на себя и навалившись на дверь следуют к цели.
О чем я? В жизни, зачастую, все так же. Нет бы пользоваться во благо себе встроенной пружиной и сквозняком, но мы же, вместо того, что бы не напрягаясь открыть дверь на себя, толкаем её вперёд, преодолевая ненужные никому трудности. Вместо того, что бы пропустить удар и дождаться когда «дверь» на нашей стороне (будучи на 100% уверенными в этом), принимаем оплеухи от жизни. И идут то все в одну сторону, но некоторые не могут без искусственных трудностей. Повторюсь. Никому не нужных, кроме им самим. Да и не понятно, зачем они им нужны. Закаляют характер?

Как проверить себя на цифровую зависимость?

Если вы в любой непонятной и понятной ситуации «сидите» в телефоне и скролите ленту, – это повод задуматься и проверить себя на признаки цифрового аутиста.
И, кроме того, если вам:
1. проще общаться в мессенджерах, чем вживую;
2. хочется постоянно проверять соцсети, даже когда рядом друзья и семья или просто приятные люди;
3. проще отказаться от общения с человеком, чем подстраиваться под его характер;
4. не заинтересованы в конкретных людях, и они для вас легко заменимы;
5. много времени проводите в сети;
6. ваша реальная жизнь бедна на события и эмоции.
Если на большинство этих утверждений вы ответили утвердительно, то внимание – вы попали в цифровой капкан.

Цифровые технологии

Несколько простых и действенных советов.

1. Следите за экранным временем и поставьте лимит на приложения, в которых больше всего тратите времени.
2. Отключите уведомления и не дергайтесь каждый раз, когда кто-то поставил вам лайк.
3. Проверяйте почту систематически, а не спонтанно. Найдите для этого специальное время.
4. Убирайте телефон за 1 час до сна и 1 час после пробуждения. Возможно, вам скучно лежать в кровати одному и вы страдаете. Так вот, хорошая новость в том, что если вы страдаете от одиночества – вы точно не аутист.
5. Общайтесь с людьми: смотрите им в глаза, улыбайтесь, пытайтесь понять человека напротив вас. И не доставайте в это время телефон, это не прилично, в конце концов.
6. Здоровайтесь и разговаривайте с людьми. Особенно в лифте с соседями. Особенно со своего этажа. Не делайте вид, что вы их не знаете, потому что они точно знают, что это не так.
7. Переживайте за других. Ставьте себя на чужое место. Смейтесь и плачьте вместе с друзьями – это лучшая профилактика цифрового аутизма.
8. Цените людей, которые рядом с вами. Даже если у них в голове «тараканы», которые совсем не похожи на ваших.

Цифровые технологии – это всего лишь инструмент для работы, а для всего остального – есть человек. Общаться с ним, конечно, тяжело, но это отличный тренажёр для нашего мышления.

Как научится жить позитивно?

Как научится жить позитивно?
Очень просто.
Во первых не мыслите негативно) Вот, в принципе и всё.
Но если более развёрнуто, то перестаньте думать о плохом. Вообще. В мире очень мало действительно плохих вещей, которые касаются вас напрямую и потери  невосполнимы. Всё остальное поправимо. Перестаньте осуждать и обвинять людей. Коллег, друзей и особенно случайных прохожих. Вспомните, как порой, после какой нибудь тусовки, куда вы сами пригласили своих знакомых, вы начинаете обсуждать что с ними не так. Да какая вам разница, что у них не так? Как они живут, как себя ведут и что делают. Это вас вообще не должно волновать. А взять совершенно незнакомых людей. Сколько раз вы мысленно или вслух, со своим спутником обсудили того непоседливого ребёнка и его невоспитанную мамашу? Кассиру в магазине, водителю такси, любому другому случайному человеку нагрубили, высказали, «научили жизни», поставили на «место»… миллион подобных ситуаций, когда вы занимаетесь деструктивной критикой. Даже просто бесполезной. Вас все это не должно касаться. 
Просто перестаньте заниматься этим. Это вам не помогает жить. Только настроение портит.
Сознание не в состоянии одновременно думать о двух вещах. И если у вас появилась плохая мысль, заставьте себя думать о хорошем. Жить надо с улыбкой)

Про богатых и бедных

Прекрасная, вроде как, идея. Отнять все у богатых и раздать всё бедным. Ну, то есть, распределить капитал поровну. Такая идея даже уже витала в мыслях пролетариата, но не нашла выхлопа. Не сложилось. Да и не сложится никогда. Ни при каких обстоятельствах. Частенько в праздных беседах смертный люд жалуется на несправедливость жизни, неравенство возможностей и социальных слоях общества. 
Представьте, что собрали все деньги на земле и раздали всем поровну. Да что там деньги. В принципе, всё распределили поровну. Недвижимость, движимость и прочие недра благ. 
Что же произойдёт? Все станут одинаково счастливы? Многие да, но ненадолго.
Уже через несколько дней наступит финансовое неравенство. У кого то денег станет меньше у кого то больше. Через некоторое время все вернётся на свои места. Бедные вернуться на кухни жаловаться на несправедливость жизни и неравенство возможностей. Богатые просто вернутся к своей привычной жизни.
Ну, разве что небольшой процент изменит свою жизнь. В виду того, что действительно, в свое время были нервные возможности.
Бедность это не судьба, не злой рок. Это состояние души, это страх перед достатком. Не готовность принять это. Боязнь выйти из зоны своего пятирублевого комфорта. Большие деньги это большая ответственность. Это не праздность жизни. Если вы не научитесь управлять деньгами, то никакие подарки судьбы вам не помогут. Вы снова вернётесь в свой пятирублевый мир.

Точка невозврата

Ранее я писал по точку Козла. Так же есть точка невозврата. Да и вообще, много, наверное разных точек. Когда переходишь границу этих точек, жизнь меняется. Не становится хорошо или плохо. Становится — по другому. Я раньше не понимал как это может выглядеть. Знал что она есть, но не представлял. Сейчас же я её осознал.
Представьте что идёте вы по жизни ровной дорогой. В данном случае речь об отношениях. Нет, случаются периодически холмы и ямы, но это неизбежно. Несёте на себе груз из планов, мечтаний, обид, разочарований, злости, надежд, влюблённости, прощения… много можно перечислить. И всё это мешки на ваших плечах. Какие то больше, какие то меньше, но вы их несёте и они вам необходимы. Для опыта, принятия решений, последующих выводов и т.д. И ещё один большой мешок из воспоминаний, но исключительно хороших. Он самый лёгкий, так как не обременяет вас своим грузом.
Затем что то в ваших отношениях происходит и ваш путь начинается исключительно в гору. Вам становится труднее идти, но вы продолжаете тащить эти мешки. Тут вам как раз помогает мешок из хороших воспоминаний. Он как шар воздушный  поддерживает и даёт надежду. Иногда получается выйти опять на ровную дорогу и путь продолжается, но уже на новой высоте. Новом уровне отношений, можно сказать. Но порой опять прешь в гору.
Но рано или поздно ты доходишь до вершины, которую сам для себя определил. И понимаешь что вон он пик. Дальше либо нет сил или не хочется, либо невозможно. И даже оборачивается уже не хочется. И ты сбрасываешь с себя все эти мешки. Потому что понял что они уже не пригодятся. И начинаешь движение дальше на легке.
Бывает конечно, что люди возвращаются на старую дорогу. Но ошибаются те, которые возвращаются. Ведь придётся все эти мешки собирать снова и взваливать на себя. По другому их не обойти, они никуда не делись. И тянет людей обратно, порой, обманчивая «зона комфорта». Что бы вернуться на старую дорогу надо обойти мир вокруг. Что бы зайти на неё облегчённым. Без лишнего груза. Может даже пройдя ещё несколько точек невозврата. Но без груза зайти… Но это если вдруг получилось так. Бывает. 
И вот… сбросив мешки, ты продолжаешь путь. Очень скоро всех этих мешков уже не видно, как бы ты не оборачивался. Они уже не тянут. Самым последним остаётся парящий шар воспоминаний. Он ещё долго виднеется на фоне прошлого. Но земля круглая. И согласно географии он рано или поздно тоже скроется за горизонтом. 

Прыжок веры

Представьте себе ситуацию. Вы стоите на краю пропасти, высотного здания и  вот вы падает. Не ясно спасут вас или нет, но скорее всего вы разобьетесь.
О чем вы будете думать в эти последние секунды? О том, какого бренда на вас одежда? Как вы выглядите? О своих материальных трудностях? Или планы на завтра? Куда поехать в отпуск? Просто праздно озираться по сторонам?… Сомневаюсь. 
Что же вы будете чувствовать? Точно не обиду или страх, сомнения, раздражение, злость… 
Что же вы будете чувствовать? 
Попробуйте представить это падение. Реалистично. 
Невероятно, но вы поймёте, что вам будет безразлично то, что вы чувствуете. Как вы выглядите и что происходит вокруг. 
Вы будете цепляться за каждую секунду жизни, каждый сантиметр падения, пытаясь максимально закрепиться в этом мире на все оставшееся время падения. Любить этот мир и свою жизнь.
В детстве вы именно так и жили. В режиме вечного «падения» . Вам было все равно. Вы наслаждались жизнью в любом её проявлении. Любили мир таким, какой он есть. Наслаждаться тем, что у вас есть. Вам было достаточно, что у вас есть тело и оно впитывает мир со всеми его красками в любой обыденности.
Сейчас я очень медленно, но начал понимать это. Подитогом моей первой записи в блоге было — И вот, я искренне желаю и полностью уверен в том, что наступит тот день, когда риск стоять на краю, станет страшнее, чем риск сделать шаг…  
Возникает вопрос. Что мешает вам жить так сейчас? В режиме «падения», хватаясь за каждую секунду, каждый сантиметр. Не отвлекаясь на иллюзии и жить эдесь и сейчас.
Ответ — абсолютно ничего.

1. Встреча

На зимние каникулы, когда я уже ходил в первый класс, а Вовка всё ещё в сад, к нам должны были приехать бабка с дедом. Так получилось, что они ещё ни разу не были в большом городе. Тем более в Москве. Это была их первая и последняя поездка в большой город. Да и мне так показалось, что лучше бы они не приезжали. Им и в деревне хватало приключений с нами. Но в данной ситуации мы с Вовкой были не виноваты. 

«Встречайте 29 тчк Будем в 11 30 тчк 9 вагон тчк Целуем тчк». Такую телеграмму мы получили, и папа видимо не очень-то обрадовался этому событию. 

— Всё-таки собрались, – задумчиво произнёс он. 

— Ну ладно тебе. Они же ни разу в гостях у нас не были за столько лет, – заступилась за них мама. 

— А спать как будем? – поинтересовался папа. 

Квартира у нас была двухкомнатная. В одной спали папа с мамой, во второй мы с Вовкой, на двухъярусной кровати. Я наверху, Вовка внизу. Так что спать бабке с дедом было действительно особо негде. 

Мама посмотрела на нас, и я почувствовал, что нас с Вовкой решили потеснить. 

— Ну, они у них могут поспать, – предложила мама и добавила. – Придётся уплотниться. 

Я представил, что бабка с дедом две недели будут спать с нами, и не очень-то обрадовался. Судя по Вовкиному лицу, он тоже. 

— Я не хочу уплотняться и с бабкой спать, – возразил я. – Она храпит во сне. 

— А дед пердит, – добавил Вовка. 

— Не переживайте. Как приедут, так и решим, кто, где будет спать, храпеть и не пердеть, а пукать,  – обнадёживала нас мама. 

Я искренне надеялся, что мама с папой что-нибудь придумают. Как минимум, у нас свободная кухня и ещё коридор большой. Ведь дед не пукает, а делает именно то, что сказал Вовка. 

В день приезда бабки с дедом, мы с Вовкой напросились с папой встречать их. Мама занималась подготовкой к встрече, и возражать не стала. 

— Без вас спокойнее будет, — сказала она, и мы с папой отправились на Киевский вокзал. 

Мы стояли на перроне, когда поезд подъехал. Папа рассчитал так, что мы оказались практически напротив девятого вагона. Поезд остановился, двери открылись, и пассажиры стали выходить. Народ шёл, а бабки с дедом всё не было. Даже когда люди перестали выходить, они всё равно не появились. 

— Может мы вагон перепутали? – спросил я. 

— Или поезд? – предположил Вовка. 

— А может они передумали приезжать? – с надеждой в голосе добавил версию папа. 

Но тут, в дверях,  появился запыхавшийся проводник. 

— Это не ваши там? – спросил он у папы. 

— Бабка с дедом? 

— Точно. У меня уже терпения не хватает. Идите сами туда. 

Мы с папой проследовали в вагон. За нами следом проводник. 

— Вот туда, – подсказывал он нам, хотя это было ни к чему. Бабку было слышно издалека. 

— Говорила я тебе, залупа небритая, что не трамбуй! Так нет! Лучше бы зад свой в толчок затрамбовал! 

Мы подошли и увидели, что дед пытается достать из-под сиденья рюкзак, а бабка, в свойственной ей форме, высказывает своё мнение о деде. 

— Здравствуйте мои хорошие, – бабкин крик прекратился, как только она увидела нас. – Как же я соскучилась по вас. А ну, обнимите бабку. 

В итоге выяснилось, что дед положил рюкзак в ящик под сиденье, но он не очень туда помещался и дед решил его уплотнить. 

— Мозги бы тебе уплотнить, – ворчала бабка. 

— Нас тоже мама собирается уплотнять, — услышал Вовка знакомое слово. 

— Давно пора, — согласилась бабка с мамой. 

Наконец-то дед и папой, с помощью проводника вытащили рюкзак из-под сиденья. Папа, было, взялся его нести, но дед сказал, что он никому не доверит ценный груз. 

— Что там ценного-то у тебя? Вшей с собой набрал? 

— Что надо, то и есть, – невозмутимо ответил дед. 

Через несколько минут мы уже шли с вокзала к стоянке такси. 

— Мы тут  минут сорок на морозе проторчим, – заметил папа, оценив очередь. 

— Мне так долго стоять нельзя. У меня радикулит, – заметил дед. 

— Зато менингит тебе не грозит. У кого мозгов нет, тому нечего отмораживать, – съязвила бабка. 

Видимо, в виду отсутствия нас, все внимание бабки доставались деду. 

— Значит на метро, – заключил папа, и мы пошли к метро. 

— Стойте тут, я пойду пятаков наменяю,  – сказал нам папа, оставив нас с бабкой и дедом возле турникетов. 

— Чё это? – спросила бабка, указывая на турникет. 

— Турникет, – объяснил я. – Бросаешь пять копеек и проходишь. 

— Зачем? – не поняла бабка. 

— Ну, это как в автобусе за проезд, – пояснил Вовка. 

— Ааааа. Ясно. Так у меня есть пять копеек, – сказала бабка. 

— Ну, тогда можно идти, – сказал я. 

Бабка достала кошелёк, извлекла оттуда пятачки и пошла к турникетам. 

— А ты чё старый, примёрз? Держи пятак и шлёпай за мной, а то щас как уплотню тебя. И вы не отставайте. 

— Мы папу подождём, а вы проходите, и ждите нас с той стороны, – ответил я. 

Дед повесил рюкзак на плечи и поплёлся за бабкой. 

Бабка подошла к турникету, посмотрела, как проходят люди и, бросив пятак в монетоприёмник, пошла. Дед за ней. 

Бабка-то прошла, а вот деду досталось костылями. Куда именно я не понял. Он просто стоял и дергался в проходе между турникетами, пытаясь освободиться, запутавшись тулупом в костылях. 

— Ой! Ну что за идиот кривожопый? Как тебя угораздило-то? 

— Дык я за тобой пошел. 

— Жив? 

— Ага, – ответил дед. – Только испугался малёха. Хорошо, что в поезде в туалет сходил. Точно обделался бы. 

Тут подбежала тётенька контролёр. 

— Дедуля. Не дёргайтесь, а то турникет сломаете. 

— Я тебя щас сломаю, – вступилась бабка. – Дед у меня всю войну прошел, без единого ранения, а вы ему тут чуть яйца не оторвали. 

— Если вы ветераны, то вам положен бесплатный проезд, – пояснила тётенька. 

— Тогда верни наши деньги и деда освободи. 

— Вот мой пятак. В сохранности, – продемонстрировал дед монетку. 

— Так вот, поэтому вам проход и перекрыло, – объяснила тётенька. – Нужно было пятачок сюда бросить и проходить. 

— Так бабка бросила уже. 

— Бросила, – хмыкнула бабка. — Бабка щас тебя тут бросит, что бы мозги поискал. Народу-то много, может и обронил кто, а ты найдёшь, если повезёт. Только большие не бери, а то шибко умным станешь. 

Тут как раз подошел папа. 

— Что у вас тут произошло? 

— Да хрен поймешь тут вас, с вашим метро. То пятак бросай, то бесплатно. Дед вон бесплатно пошел, чуть без яиц не остался. А это ещё пять копеек не хочет возвращать, – проворчала бабка. 

— Не могу я вам так вернуть. Так не делается, – попыталась объясниться тётенька. 

— Мама. Пойдёмте. Я отдам вам пять копеек. Не стоит из-за этого шум поднимать, – успокаивал бабку папа. 

Разобравшись с проходом, мы пошли дальше. Турникет это была только разминка. Интересное было ещё впереди. После небольшой давки перед эскалатором, в которой бабка успела «полюбезничать» с особо напирающими гражданами, мы добрались до собственно самого эскалатора. Тут бабку ожидал очередной сюрприз. 

Когда она ступила на ступеньки, она не ожидала, что они поедут. Да и толпа народа немного разделила нашу группу. Мало того, перед ней открылась глубина нашего погружения. 

Мать вашу! – орала она. – Вы куда меня завели? Дед, сдавай назад. Я туда не пойду! Похоронить заживо решили! 

Дед и сам был в небольшом смятении. Он, конечно, видел по телевизору метро, в отличие от бабки, которая не любила этот ящик, но перспектива погрузиться так глубоко под землю его, видимо, тоже мало радовала. 

Бабка же цепляясь за поручни, пыталась взобраться наверх по ступенькам, тем самым доставляя массу неудобств пассажирам, но эскалатор беспощадно вёз её вниз. 

Паника имеет свойство быстро распространяться и те, кто ехал рядом с бабкой и дедом, возмущались их поведением. Потому что бабка нещадно материлась, а дед рюкзаком давил людей. Те же, кто ехал выше не могли понять причины суеты, но проявляли беспокойство. Те, кто только собирался спускаться, на всякий случай воздержались. И как это обычно бывает, кто-то крикнул «Пожар!». То ли для смеху, то ли не разобравшись в причине суеты. 

Вот тут паника достигла своего апогея, и народ наверху попятился назад, к выходу. Дежурный по эскалатору, не зная сути происходящего, но заметив какое-то подозрительное движение наверху эскалатора на всякий случай отключил его и от резкого тормоза народ чуть не попадал. Конечно же, в том месте, где был центр паники, народ местами упал, потому что бабка орала, а дед крутился и сшибал окружающих своим рюкзаком. 

— Да снимите вы свой рюкзак! – орал кто-то из людей. – Всех поубиваете! 

— Я блять щас сама всех тут поубиваю, если не пустите меня наверх.  А ну, посторонись, интеллигенция тифозная, — бабка отпихнула какого-то мужичка в очках. 

Дед решил, что рюкзак и правда лучше снять. Он снял его и поставил на поручни. Но видимо где-то не удержался или кто-то его нечаянно толкнул, но дед выпустил рюкзак из рук… 

Хорошо, что фонари на эскалаторе были на высоких, металлических ножках, а не стеклянные плафоны. Рюкзак поехал вниз, поочерёдно сталкиваясь с фонарями. На третьем или четвёртом фонаре его траектория изменилась, и он влетел в стоящий на эскалаторе народ. 

— Вы там что? Совсем охренели? – орали снизу. 

— Там ничего не разбилось? – орал дед. 

— Мокро и воняет из вашего рюкзака, – отозвались снизу. 

— Знатно воняет, – кто-то добавил. – Градусов на 70 не меньше. 

— Это чёй это? – бабка забыла про свой страх и переключилась на деда. – Это когда ты успел паразит немощный? 

— Так сувенир. Подарок. 

— Вы посмотрите на него! – возмущалась бабка. – Бабка тут чуть не померла, а он за сувенир переживает. Я те устрою щас подарок! 

 Народ перешел уже на положительный настрой, а папа стоял весь красный и даже как-то растерялся. По его виду было понятно, что ему хотелось сказать: «Они не со мной». 

Но самое интересно было ещё впереди. Ведь нам нужно было ещё доехать до дома. А поездка на метро, это масса новых впечатлений для бабки с дедом. 

2. Поездка

Эскалатор наконец-то включили и все благополучно спустились вниз. Ну, почти благополучно. Когда бабка с дедом доехали до низу, то образовалась ещё одна небольшая свалка. Те, кто ехал перед бабкой с дедом, предусмотрительно уплотнились ещё до пуска эскалатора. Все продвинулись чуть вперёд. На всякий случай. 

— Дед! Мне щас ноги отрежет! Иди вперёд! – орала бабка, заметив, как приближается конец лестницы и ступеньки скрываются куда-то в подпол. 

Дед тоже видимо не желал расставаться с ногами и осторожно пятился назад. 

— Мама! – не выдержал папа и непроизвольно признался в родственной связи. – Просто перешагните и всё! 

— Прыгай бабуля! – кричал кто-то из людей. 

— Давай смелее! – поддерживал народ. 

Наконец-то ступеньки довезли бабку до конца, и она неуверенно шагнула и оказалась на твёрдой поверхности. Следом дед, а затем уже и вся толпа повалилась. 

Повалилась потому, что бабка с дедом как оказались на твёрдой поверхности, так и остались на ней, не двигаясь с места. Бабка пыталась поправить одежду, а дед хотел проверить содержимое рюкзака… 

— Что же за люди такие? – возмущалась бабка, когда мы стояли уже в стороне вместе с дежурным по эскалатору и молодым милиционером. 

— Ну, это же общественный транспорт, — поясняла тетенька. – Тут нужно внимательнее. 

— Внимааательнеееей, — передразнила её бабка. – Они что, подождать не могли, пока я оправлюсь? Нет же, надо в спину переть и толкать ещё… 

— Так все спешат, а вы проход перекрыли, — оправдывалась тётенька. 

— Это ты на что намекаешь, тля подземная? – завелась бабка. – Это типа я такая толстая, что меня и не обойти? Это вы всё в своих городах бегаете как глисты в жопе. От того и тощие такие. Пошли дед! 

Бабка толкнула плечом тётеньку и проследовала вперёд. Милиционер хотел что-то сказать, но бабка посмотрела на него так, что у него отпало желание высказывать своё мнение, дабы не услышать, чего лестного в свою сторону. 

И наша процессия, попахивая дедушкиным рюкзаком, двинулась дальше покорять Московскую подземку. 

— Опять в поезд? – спросила бабка у папы, увидев толпу народа на платформе и рельсы. 

— Ну, почти. Это метро, — пояснил папа. 

Тут из тунеля показался поезд. 

— Какой наш вагон-то? – спросила бабка. 

— Да любой, — ответил папа. 

— Скажи, что и места ещё любые, — съязвила бабка. 

— Вы не поверите, но именно так. 

Поезд подъехал, и мы все зашли. Конечно, все места были заняты, и бабка в растерянности озиралась по сторонам, создав очередную пробку для входящих пассажиров, которые тихо ругаясь, обходили её. 

— Где моё место? – спросила она, повернувшись к папе. 

— Осторожно, двери закрываются. Следующая станция… 

— Станция дерезай, кому надо вылезай, — передразнила бабка. 

Состав тронулся, чуть качнув пассажиров. В отличие от других, дед не был готов к этому. Он навзничь повалился со своим рюкзаком назад. Народу было не то, чтобы битком, но стояли вполне плотно. Поэтому сработал эффект домино. Несколько людей в проходе тоже завалилось. 

— Да что же это такое? – раздался чей-то сдавленный голос из-под деда. 

— Я щас-щас, погодь. Щас встану, — дед пытался подняться на ноги. Ему помогали рядом стоящие пассажиры. 

— Ногу-у-у-у! Ногу-у-у-у убери-и-и-и! – орал уже сдавленным голосом всё тот же человек из-под деда. 

— Ох ты! – спохватился дед, заметив, что уперся коленом в пах тому человеку, пытаясь встать. 

Наконец все поднялись. 

— Садитесь, пожалуйста, — уступил кто-то деду место. 

— Я чё-то не поняла. – продолжала возмущаться бабка. – Мне тоже надо пол вагона повалить, чтобы сесть? 

Народ видимо решил не проверять, и сразу освободилось несколько мест вокруг бабки. 

— Садитесь голодранцы, — предложила нам бабка, заняв свободное место. 

— И ты чахлый, тоже садись, — бабка кивнула не свободное место, приглашая сесть дяденьку в очках и с портфелем. 

— Мне сейчас выходить, — сказал, покраснев дяденька, и стал протискиваться к дверям. 

— Иди милок. Кушай больше, — напутствовала его бабка. 

Мужчина возмущенно оглянулся, но решил промолчать. 

— И долго нам ехать в тоннеле? — обратилась бабка к папе. — Как кроты в норе. 

— Мама, это метро, — пояснил папа. — Мы все время под землёй будем ехать. 

— Смерти моей хотите, — возмутилась бабка. 

— А мне нравится, — улыбался дед с сидения напротив, выглядывая из-за стоящих людей. — Только жарко. Я тулуп, наверное, сниму. 

Дед встал и попытался расстегнуться. 

— Да что же это такое? — возмутилась сидящая радом с дедом тетенька. — Перестаньте руками махать и поставьте уже свой вонючий рюкзак на пол. 

— Дык жарко же. Я раздеться хочу, — пробубнил дед, крутясь и пытаясь пристроить рюкзак. — И никакой он не вонючий. 

— Не нравится, езди на такси, — заступилась бабка за деда. — Ишь, какие мы нежные. Лучше помогла бы пенсионеру. 

— Да ладно, я передумал, — сказал дед, усаживаясь обратно.  

Народ, улыбаясь поглядывал на деда и с опаской на бабку. Бабка, скорее всего, внушала меньше доверия, чем дед. 

Без особых приключений мы доехали до Таганской и нужно было делать переход. 

— Мы сейчас выходим, — предупредил папа бабку с дедом. 

— Приехали? — обрадовалась бабка. 

— Нет. Нам на другую ветку перейти надо. 

— Всё у вас не слава богу, — начала ворчать бабка. — То, как кроты под землёй прёмся, то, как птицы с ветки на ветку прыгаем. 

Папа направился к выходу, тем самым дав понять, что пора. Мы встали, дед тоже подорвался, следом присоединилась бабка. Плотный поток пассажиров помог всем выйти из вагона. В этом потоке бабка ворчала на людей, которые пытались уже зайти в вагон. 

— Да куда вы прёте? Без вас не уедут, — и для профилактики съездила котомкой по ногам какому- то дяденьке. 

— Нам туда, — командовал папа и пошел в сторону перехода. 

Бабка недовольно проследовала за нами в указанном направлении. Через несколько секунд она спохватилась. 

— А где старый-то? 

Папа остановился и оглянулся назад в поисках деда. 

— Дед! — орала бабка. — Ау! 

— Да не кричите вы. Не в лесу. Вон он, возле колонны стоит, — заметил папа деда. 

— Ты чё там примерз? — продолжала кричать бабка. 

— Красота-то какая, — изрек дед, разглядывая колонны и станцию в целом. 

— Вот и живи в этой красоте, а мы пошли, — крикнула бабка и пошла в сторону перехода. 

— Неее, я с вами, — спохватился дед, и подхватив рюкзак кинулся догонять нас. 

Нам осталось доехать до Текстильщиков и далее на автобусе до дома. Когда мы сели в вагон, бабка уже наученная опытом, решила сразу согнать кого-то с места. Ближайшей жертвой оказался мужчина, который прикидывался спящим. А может и правда дремал, но после того, как бабка пихнула его сумкой, он сразу проснулся. 

— Дома спать надо, — урезонила его бабка. 

— Что? — переспросил дяденька. 

— Глухих повезли, — сострила бабка. 

— Чо? — не понял он шутки. 

— Хуй держать в руке, когда писаешь не горячо? — продолжила фольклор бабка. — Жопу подыми, сесть хочу. 

Народ хихикнул, а смущенный мужчина уступил бабке место. И деду тоже на всякий случай уступили. 

Весь оставшийся путь мы проехали без приключений. Подъем наверх бабку с дедом уже не пугал, и мы благополучно выбрались на улицу. 

— Теперь ещё на автобусе и мы дома, — сказал папа. 

— Охотно поверю, — пробубнила бабка и мы пошли на остановку. 

В автобусе мы благополучно сели на свободные места, и бабка сразу заметила. 

— Места для пожилых людей, инвалидов и пассажиров с детьми. Как раз для нас. 

— Конечно, — согласился Вовка. — Вы пожилые, а мы дети. 

— А вот и не угадал. Вы дети инвалиды с отеком мозга. 

— Мама. Я бы попросил, — вступился за нас папа. 

— А что я такого сказала? — удивилась бабка. — Здоровые дети билеты не жрут. А где кстати кондуктор? 

В автобусе бабка поразилась отсутствию кондуктора. 

— Тут нет кондуктора, — пояснил я. 

— А где вы билет за проезд оплачиваете? 

— Да вот, — пояснил я. — Бросаешь пяточек, крутишь и отрываешь.  

— А если не брошу? — спросила бабка. 

— Нуууу… — замялся я. — Ну, как-то все бросают, наверное. 

— Хочешь сказать, что все такие честные и ни одного жулика нету? 

— Я не знаю, — сдался я. — Я не замечал. Раз сел, значит плати. 

— А я бы оторвал и не платил, — сказал дед. 

— То, что ты жулик, я и не сомневалась, — сказала бабка. — Только тут, наверное, тоже не дураки придумывали. Может ты и оторвешь без пятачка, а тебе яйца за это оторвут. 

Дед невольно потрогал место, где находятся яйца и поморщился. 

— Ну, я это так. К слову сказал, — попытался он оправдаться. 

— Ну, а тебе так, к слову, яйца вдруг и оторвут, — продолжила бабка. 

Народ с интересом слушал диалог бабки с дедом и некоторые даже тихонько посмеивались. Но тут, на одной из остановок в автобус вошла тетенька и представившись контролёром, попросила предъявить всех билетики. 

— Вот и смерть твоя пришла кощей бессмертный, — ухмыльнулась бабка. — Сейчас тебя граждане сдадут за антисоветские и вредительские речи.  

— Я на самом деле ничего такого не думал, — оправдывался дед. — Это я так, к слову сказал. 

Но контролер прошел по автобусу, проверил билеты и ничего с дедом делать не стал. Дед облегченно вздохнул. 

Мы доехали до нашей остановки, вышли и пошли к дому. 

Top